Умалат Гадиев — человек, который буквально руками перебирает историю Ингушетии. За его плечами десятки экспедиций, сотни курганов и артефакты, способные переписать представления о торговых путях Кавказа. Мы встретились с ним на уникальном объекте — городище Ачам-Боарз у села Экажево. Здесь, кажется, сама земля помнит шаги аланских всадников.
С возвышенности, на которой расположено городище, открывается вся Назрановская долина. Поселение, открытое ещё в начале XX века, до сих пор хранит свои тайны. Умалат показывает на холмы: "Здесь культурные слои накладываются друг на друга. Жили и в раннем железном веке, и в средневековье". Именно к этому городищу примыкает знаменитый Экажевский курганный могильник — некрополь, где хоронили аланскую знать.
Умалат Бесланович Гадиев — заместитель директора, а сейчас исполняющий обязанности руководителя Археологического центра имени Крупнова. В профессию он пришёл более двадцати лет назад. С 2003 года участвовал в Дербентской археологической экспедиции — именно там получил один из первых Открытых листов в истории республики. Позже поступил в аспирантуру Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН.
Именно его Ассинская экспедиция с 2007 года ведёт системное изучение христианского храма Тхаба-Ерды. Именно он инициировал проведение "Крупновских чтений" в Ингушетии. Научный портфель учёного насчитывает более трёх десятков работ, а недавно он выпустил монографию об антропологии средневековой Ингушетии.
В 2021 году отряд Гадиева совершил настоящий прорыв в Ассинском ущелье: был найден нетронутый, не разграбленный аланский катакомбный могильник — редчайший случай для Кавказа. Вместе с человеческими останками в гротах обнаружили целый красноглиняный кувшин, оружие и каменные зернотёрки. Это доказательство того, что здесь, в труднодоступных горах, жизнь кипела на протяжении тысячелетий.
Впрочем, и в равнинной части работы хватает. Экажевские курганы дали миру артефакты, от которых захватывает дух. В захоронениях III века нашей эры покоилась аланская знать. Умалат Гадиев лично поднимал из земли золотые и серебряные украшения, фибулы, стеклянные бусы и элементы конской сбруи. Ирония судьбы: одно из самых богатых захоронений местный житель нашёл случайно, просто копая яму на своём участке.
Среди находок Умалата Гадиева есть и особый раритет — настоящая детективная история. В одном из склепов горной зоны ему попался дирхам Османской империи. Но не простой, а отчеканенный в первый год правления султана Мурада III — это конец XVI века! Как монета оказалась в ингушских горах? Умалат уверен: это след активной торговли через Дарьяльское ущелье. Дороги, связывавшие Кавказ с миром, работали всегда.
По словам Умалата Гадиева, на городище Ачам-Боарз залегает один из самых показательных культурных слоёв — именно кобанский. В памятниках кобанской культуры находят бронзовое оружие: топоры, кинжалы, наконечники копий и стрел. Характерны поясные пряжки, фибулы, браслеты, шейные гривны. Есть и керамика — лепные кувшины, корчаги, миски.
Исследования Умалата Гадиева также показывают: по данным палеогенетики, прослеживается генетическая связь между представителями кобанского периода и современными жителями региона. То есть тот самый слой, который учёный показывает на Ачам-Боарз, — это не просто древность. Это прямая линия преемственности, зафиксированная наукой.
Городище хранит столько слоёв, что даже случайная прогулка превращается в маленькую экспедицию.
Ингушетия — это гигантский исторический слой, где под каждым холмом может скрываться артефакт. Однако есть и те, кто руководствуется простым принципом: "пришёл, увидел, украл". И это не просто нарушение закона — это варварство.
Такие действия уголовно и административно наказуемы. Штрафы достигают сотен тысяч рублей, а если повреждён объект культурного наследия — до десяти миллионов. И это не считая конфискации всего: от металлоискателя до найденных древностей.
